?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Размышления о молитве Иисусовой — о том, как подходить к этому «умному деланию» современному христианину.
Сокровенное поучение
Что такое молитва Иисусова? Это определенное краткое молитвословие, которым мы молимся, призывая при этом имя Господа нашего Иисуса Христа. Оно может звучать по-разному, но в полном своем виде звучит как «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». Могут быть и сокращенные формы, например, «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», или другие, однако для нас, для традиции Русской Православной Церкви, в большей степени характерна все-таки форма полная.

Каждое слово этой молитвы имеет огромное значение, но также можно говорить о том, что в какие-то отдельные периоды, когда человек молится молитвой Иисусовой, то или иное слово этой молитвы приобретает для него значение большее, то есть больший отклик находит в его сердце.

Традиция молиться короткими молитвами восходит к самым первым временам христианства. Уже у монашествующих в Нитрийской пустыне можно найти учение и наставления о том, что они именовали сокровенным поучением. Сокровенным — то есть ни для кого не заметным. Смысл его заключается в том, чтобы на всё то время, которое остается между совершением положенных по чину молитвословий, наполнить ум и сердце тем содержанием, которое им должно быть свойственно, то есть обращенностью к Богу. Святитель Епифаний Кипрский как-то писал, обращаясь к монахам, примерно следующее: «Если вы собираетесь для молитвы два, три или даже четыре раза в день, это не должно означать, что всё остальное время вы не молитесь». Примерно то же самое можно сказать и о жизни нашей: мы молимся утром, молимся вечером, некоторые из нас молятся в течение дня, но значительная часть дневного времени зачастую остается у нас совершенно напрасно проживаемой.

Конечно, у нас есть дела, которыми мы заняты, есть наши обязанности, которые мы не можем игнорировать, но при этом у нас есть наш ум и наше сердце, которые должны иметь подобающее им занятие. Этим занятием, подобающим человеку по самому его происхождению, является размышление о Боге и обращение к Богу.

На чем это внутреннее сокровенное поучение своего сердца мы можем основывать? Это может быть какой-то стих из псалма, нам особенно близкий; это могут быть двадцать четыре краткие молитвы по количеству часов дня и ночи, помещенные в вечернем молитвенном правиле, — какие-то из этих молитв. Это может быть молитва мытаря — собственно говоря, она и явилась прообразом молитвы Иисусовой. Ведь мытарь просит о том, чтобы Господь его помиловал. Того же самого желает и любой человек, который хочет достичь спасения: только лишь одного — милости Божией, потому что всё остальное, на самом деле, в нашей жизни не так уж и важно. Собственно говоря, даже когда мы стоим на богослужении, какие слова чаще всего поются в храме? «Господи, помилуй». По большому счету, можно сказать, что всё богослужение является неким раскрытием этих слов. Кому-то может показаться, что это преувеличение, но на самом деле даже если слово «помилуй» всего не объемлет, слово «Господи» собой объемлет абсолютно всё. Может быть, даже и «помилуй» не понадобится, если человек вполне первое слово сможет понять.
От пространного к краткому — и обратно

Как следует молиться Иисусовой молитвой? На этот счет существуют разные взгляды, и можно порой встретиться с различными противоречащими друг другу мнениями. Есть люди, которые считают, что молитва Иисусова является какой-то особой молитвой: достаточно начать просто ее повторять — и в жизни человека начнут происходить изменения. Некоторых это приводит еще и к убеждению в том, что этой молитвой можно молиться только по благословению духовника и только будучи к этому в достаточной степени готовым. Но, безусловно, это не так. Любая молитва — это обращение к Богу, и какова форма этой молитвы, в какие словах она заключена, само по себе решающего значения не имеет. Иисусова молитва — такая же молитва, как и любая другая, просто очень удобная и для нашего сердечного восприятия, и для нашего ума. В любой пространной молитве присутствует множество мыслей, и мы в процессе ее чтения зачастую рассеиваемся, наш ум отбегает. А здесь в очень короткой фразе заключается всё самое важное, и нам нужно сконцентрироваться всего лишь на какое-то мгновение, чтобы ее произнести. Потом опять сконцентрироваться и опять произнести, и так далее. И это, на самом деле, наиболее простой способ научиться внимательной молитве.

Некоторые духовные авторы считали, что человек сначала должен обучиться молитве Иисусовой и только после этого переходить к молитвословиям более пространным. Другие полагали, что наоборот: нужно начинать с молитвословий продолжительных, чтобы понять, о чем вообще должно молиться, и потом уже переходить к «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного» как к тому, что всё это пространное, уже осознанное нами, вмещает в немногих словах. Мне самому кажется, что наиболее правы те, кто полагает, что нужно молиться параллельно — и одно творить, и другого не оставлять. Современному человеку обязательно нужны те пространные молитвы, которые составляют утреннее и вечернее молитвенное правило, и в это существующее правило нужно вводить и молитву Иисусову. На это не нужно никаких особых благословений, и ничего рискованного в этом (если мы относимся к этому просто как к молитве и не ищем какого-то сверхъестественного мистического опыта), повторюсь, нет.
Подальше от мистицизма

Но вот что хотелось бы сказать еще о правильном отношении. Если кто-то читал или будет читать «Добротолюбие», славянскую его редакцию, то встречал или встретит там указания на некие физические моменты, способствующие совершению молитвы Иисусовой: сесть на низкую скамеечку, расположиться в укромном, неярко освещенном пространстве, низводить ум в сердце вместе с дыханием и так далее. Так вот, всего этого делать не нужно — для современного человека это даже вредно. Прежде всего потому, что многие из нас склонны к исканию разного рода «состояний»: сегодня редкий человек приходит в Церковь, не успев почитать что-нибудь из области оккультной литературы, позаниматься чем-то из восточных духовных практик. И когда человек читает такие «интересные» для него вещи о практике Иисусовой молитвы, они вызывают у него большое воодушевление, потому что кажутся похожими на то, что он слышал или практиковал в нехристианских учениях. Воодушевление совершенно ложное, потому что оно не имеет никакого отношения к молитве как таковой. И, кстати говоря, такой воодушевленный человек на самом деле может добиться какого-то «молитвенного состояния» — от определенного рода дыхания, положения тела можно действительно начать испытывать ощущения необычные: какую-то внутреннюю теплоту, успокоение. Но человек будет это всё приписывать действию молитвы, которой на самом деле у него нет, потому что он и не молился толком, а физическими упражнениями занимался. А это уже глубокое заблуждение.

Может случиться так, что в то время, когда мы повторяем Иисусову молитву, нам начнут являться какие-то мысленные образы — не в результате применения дыхательных и прочих «практик», о которых я сказал выше, а как бы сами по себе. Как к этому относиться? Не пугаться, но и ни в коем случае не принимать — не фантазировать на эту тему, не впускать в свое сердце. Разумнее всего относиться к этому спокойно, говорить себе: «Вот у меня есть дело, я прошу Бога о милости. А что еще этому сопутствует – не суть важно». И не надо это каким-то образом пытаться оценивать. Лучше задать себе вопрос о вещах реальных: «Те ситуации, которые раньше задевали мое самолюбие, меня сейчас задевают так же?». И если мы понимаем, что все-таки в чем-то удалось смириться, – благодарить за это Бога и стараться ни в коем случае этого не потерять.

Не надо, живя в миру, пытаться повторять подвиг исихастов, которые имели очищенный от помышлений и образов ум, заключенный лишь в слова молитвы.

Если человек, живя не в пустыне, а среди множества забот житейских, пытается взойти к такому напряжению ума, он может повредиться и умом, и душой. С такими случаями как раз и связаны представления об Иисусовой молитве как о чем-то неоднозначном и опасном. Но нужно понимать, что дело здесь совершенно не в молитве как таковой. И это не значит, что мы не можем молиться молитвой Иисусовой постоянно, что мы не можем к ней относиться как к глубокому, серьезному внутреннему деланию — напротив, она может и должна стать нашим достоянием, но происходить это должно не через какие-то рывки, не через «медитирование», не через имитацию древнего подвижничества, а иначе.
Осознать смысл слов

О чем же необходимо заботиться, на что обращать внимание, приступая к молитве Иисусовой?

Прежде всего, о том, чтобы не занимать свой ум чем-то посторонним, а занимать его именно словами молитвы и в каждое из ее слов стараться умом проникнуть. Преподобный Петр Дамаскин говорит, что ум, молящийся внимательно, утесняет сердце, то есть когда человек молится со вниманием, он в какой-то момент начинает понимать, о чем он молится. Зачастую нам кажется, что мы до конца понимаем смысл слов, с которыми обращаемся к Богу. Но вот однажды мы молимся, стараемся в эти слова проникнуть — и нам этот смысл вдруг раскрывается по-настоящему, пронизывает наше сердце, и мы понимаем, что раньше только лишь по поверхности скользили. Мы слышим «помилуй», мы слышим «грешного», и в некой полноте уже понимаем, что это такое, и сердце наше сокрушается в покаянии.

«Нужно научиться идти по этой тонкой грани: с одной стороны, на чудо надеяться, с другой — его не требовать»

Собственно, второе, о чем нужно заботиться, — как раз о том, чтобы приступать к молитве с покаянным настроем. Ведь что такое молитва? Это прошение, это мольба. А кто умоляет, кто просит? Тот, кто очень сильно нуждается. Вот мы проходим каждый раз в храм — там у ворот находятся люди, которые нуждаются, и они просят. То же самое происходит и в молитве. И правильной будет только та молитва, в которой человек просит, но при этом хорошо понимает, что Господь ровным счетом ничего не обязан ему давать, — надеется на Его милость, но просит о ней как о каком-то чуде. Нужно научиться идти по этой тонкой грани: с одной стороны, на чудо надеяться, с другой — его не требовать.

Обязательно нужно обращать внимание на то, какой плод приносит молитва — меняется ли наша жизнь и в чем именно. В воспоминаниях архимандрита Рафаила (Карелина) о схиархимандрите Серафиме (Романцове) есть такой эпизод: к схиархимандриту пришла одна молодая пустынница, которая жила в горах Абхазии, и стала говорить о том, что она стяжала непрестанную Иисусову молитву. Эта женщина находилась в состоянии тяжелейшей прелести, что было совершенно ясно из того, что свидетельствовали о ней знавшие ее люди. И отец Серафим сказал ей примерно следующее: «Ты ничего не стяжала — ты просто привыкла: как попугай твердит одни и те же слова, так же и ты». И действительно, человек может просто научиться твердить Иисусову молитву, а не молиться ею — и это будет явственно как раз из того, что плода этой молитвы в его жизни никакого не будет. И покаяния никакого не будет — это будет молитва без покаяния. Поэтому помнить о связи молитвы и нашей жизни совершенно необходимо.
Слезы боли и радости

Когда мы повторяем, вслух или про себя, Иисусову молитву, очень важно приводить себе на память такую простую и ясную мысль: мы предстоим пред Богом, и Господь нашу молитву слышит – ни одно из слов, которые мы в этой молитве произносим, не пропадает напрасно. И еще: впереди у нас вечность и Страшный Суд, который определит нашу участь в вечности, но сейчас у нас еще есть время просить.

Вполне естественно, если при этом мы будем ощущать и боль, и скорбь; естественно и то, что спустя какое-то время мы начнем чувствовать, что среди этой боли и скорби есть надежда. И может даже происходить так, что и боль усиливается, и надежда вместе с тем становится более крепкой и более основательной. Именно так рождается то, что святые отцы именуют радостнотворным плачем. Людям внешним это состояние представляется порой неким безумием: они не могут понять, как человек и радуется, и плачет одновременно, и они для себя делают вывод, что в Церкви собрались люди душевно поврежденные. Но на самом деле и в обычной жизни бывают ситуации, когда ты что-то очень важное потерял, когда вернуть это никакой надежды не осталось — и вдруг ты совершенно неожиданно получаешь то, чего уже не чаял. И ты не можешь никак свои чувства выразить и пережить иначе, кроме как в слезах, и в этих слезах боль претворяется в радость. Вот и в молитве что-то подобное происходит.
О гордости нищих

Надо сказать, что молитва Иисусова, если человек действительно ею молится, постепенно меняет сердце так, что оно становится способным милость Божию вмещать. Это очень существенный момент: для того чтобы милости Божией сподобиться, нам нужно самим быть в состоянии, когда мы эту милость принять можем. Что это значит? Можно провести аналогию с теми же самыми людьми, просящими милостыню у ворот храма. Бывает так, что сидит нищий, проходит мимо него кто-то из прихожан и дает ему пять рублей, десять рублей или просто горсть монет, — а человек берет это всё, бросает в грязь и говорит: «Прошу подавать бумажные». Вот так же и мы поступаем по отношению к Богу, считая: «Этого мне в жизни недостаточно, я хотел бы претендовать на что-то большее». Естественно, что таким образом человек лишается возможности получить вообще что бы то ни было. Как и тогда, когда человек вообще не протягивает руку, не показывает, что он нуждается в помощи, — от гордости. Нечто подобное происходит с нами, когда мы произносим слова молитвы, но наше сердце закрыто, оно не верит в милость Божию — и милость эта, обильно изливаемая, скользит по нему, как вода по какой-то обтекаемой, водонепроницаемой поверхности, не проникая внутрь. Поэтому говоря «Господи, помилуй», нужно стремиться смягчить свое жестокое сердце, помня, что мы просим о милости, которую нужно уметь с благодарностью принять, а не с гордостью отвергнуть.
От островка к островку

Как приобрести навык молитвы Иисусовой? Так же, как и навык молитвы в принципе, — регулярным образом в молитве подвизаясь. Лучше всего начинать с добавления к своему утреннему и вечернему правилу либо какого-то определенного количества молитв Иисусовых, либо определенного времени на эту молитву. Это количество и это время поначалу должно быть небольшим и, конечно, оно будет зависеть от наших сил и обстоятельств: для кого-то это будет двадцать молитв Иисусовых, для кого-то — двести, для кого-то — две минуты, для кого-то — двадцать минут. Суть здесь не в количестве, а в том, что просто должно быть время — ежедневно утром и вечером, когда мы молимся этой молитвой, и молимся внимательно. Утром молитву Иисусову лучше совершать сразу после пробуждения — до утренних молитв, а вечером — наоборот, после совершения вечернего правила, и потом уже, ложась спать, по возможности стараться этой молитвой продолжать молиться, чтобы с нею засыпать и просыпаться.

А затем нужно по возможности наполнять этой молитвой свой день. Но это не должно носить характер какого-то напряжения: мы просто должны понять, когда мы в течение нашего дня можем молитве Иисусовой уделять время. К примеру, спускаемся мы каждое утро из квартиры на улицу, идем до остановки — в течение этого времени можно помолиться. И множество других подобных островков можно найти в бурном течении реки нашей жизни — и сделать их островками молитвы. Со временем человек так к молитве привыкает, что даже в каких-то делах, всецело требующих его участия, умудряется находить какие-то кратчайшие промежутки времени и туда молитву Иисусову вставлять. А некоторые даже приобретают навык одновременно молиться и разговаривать. Но всё это очень индивидуально, и нужно ориентироваться в первую очередь на то, чтобы делать свои дела должным образом, чтобы они от того, что мы внутри себя молимся, не претерпевали ущерба. Если мы углубляемся в молитву, но по отношению к своим обязанностям, к людям в это время пребываем в рассеянности, — конечно, это ошибка. Причем это касается даже пребывания в монастыре, потому что у монашествующих, живущих в обители, тоже есть обязанности, и если кто-то из братии таким вот неправильным образом понимает молитвенный подвиг, это приводит к тому, что за него многое приходится делать или переделывать другим, поскольку у него всё валится из рук. Как вы понимаете, добродетелью это не назовешь.

На самом деле правильная молитва, с одной стороны, отрешает сердце человека от каких-то земных привязанностей, но с другой стороны, делает наш ум более ясным и помогает более разумно, внимательно подходить и к общению с людьми, и ко всему, за что мы несем ответственность. И именно к этому нам нужно идти.

Конечно, очень может помочь в приобретении навыка Иисусовой молитвы и соответствующее духовное чтение. В качестве первых, основополагающих книг по этой теме можно рекомендовать сборник «Умное делание», составленный наместником Валаамского монастыря игуменом Харитоном (Дунаевым) в начале прошлого века; книги святителя Феофана Затворника «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться» и «Письма о духовной жизни», где уделено очень большое внимание приобретению навыка молитвы вообще; соответствующие главы из «Аскетических опытов» святителя Игнатия (Брянчанинова). Кроме того, отдельные советы о молитве Иисусовой можно найти и у других более-менее близких нам по времени подвижников — в частности, у Оптинских старцев. С этого всего и стоит начинать ознакомление. А дальше… дальше – обогащение опытом.

Comments

( 3 comments — Leave a comment )
dryzhban
Dec. 12th, 2016 05:09 am (UTC)
Один новоначальный святогорский монах посетил старца Порфирия в Оропосе и в беседе спросил его:

- Геронда, я хотел бы услышать от вас что-нибудь о молитве Иисусовой. Как ее творить? Одни говорят, что надо удерживать дыхание, другие, что надо сидеть на низкой скамеечке, опустив голову на грудь и таким образом удерживать ум от рассеяния и много тому подобного. Итак, я хочу чтобы вы, имея опыт, сказали мне, как творить Иисусову молитву.

- Я, чадо мое, - ответил Геронда, - не знаком с этими вещами. Но я знаю одну историю, из которой ты, когда я тебе ее расскажу, ты сам все поймешь.Одна молодая девушка была моей духовной дочерью. Она очень меня любила и всегда со мной советовалась и была очень послушна. Она поступила в университет. Однажды они приехала ко мне и говорит:

- Геронда, я вчера была на именинах у своей подруги и там познакомилась с одним парнем. Я так к нему расположилась, так его полюбила, что не могу его забыть и хочу найти его и сказать ему, что хочу чтобы мы создали семью. Поэтому я и пришла к вам, чтобы спросить у вас совета.

- Выслушай меня, детка, - ответил я. - Не впутывайся сейчас в это, иначе вся твоя учеба пойдет кувырком. Потерпи, пока не окончишь университет, а потом у тебя на это будет вся жизнь.Она послушалась меня и ушла. Через неделю приходит снова и говорит:

- Геронда, вы знаете как крепко я вас люблю. Я стараюсь выбросить этого парня из головы и не могу. Все время думаю о нем…

Я дал ей еще несколько советов и она ушла. Спустя неделю она снова пришла и говорит:

- Геронда, сейчас я пришла уже не для того чтобы посоветоваться с вами. Я пришла просто, чтобы сказать вам, что сегодня поеду к нему, потому что я не могу жить без него. Я его полюбила: сажусь читать – не могу, потому что думаю о нем; иду готовить – снова о нем вспоминаю. И вообще, как я ни старалась, как не боролась, не могла выбросить память о нем из головы. Видишь, эта девушка лишь один раз увидев юношу, вложила его образ в свой ум, в свое сердце, а затем как ни старалась извлечь его от туда, так и не смогла, все ее старания оказались тщетными. А мы сейчас стараемся найти способ для того чтобы полюбить Бога, Который оказал нам столько благодеяний! Я не знаю эти методы со скамеечкой, удержанием дыхания и т. д. Мне нравится только один способ, о нем я и сейчас и рассказал тебе. (Старец Порфирий Кавсокаливит. Цветослов советов.)
nevskij_1970
Dec. 17th, 2016 11:18 am (UTC)
Интересна одна мысль, которую высказывал Диокл. Он говорил, что тот, чья душа не привязана к Богу, увлекается какой-нибудь страстью и становится подобным демону или животному: животному, если он предается плотским наслаждениям, и демону, если предается злобе. Ему стали возражать, что невозможно, чтобы ум всегда был занят Богом. Он ответил что, когда душа занята каким-нибудь благочестивым размышлением или делом, то в это время она находится с Богом.
ninabalakireva
Jan. 15th, 2017 06:52 pm (UTC)
"Этим занятием, подобающим человеку по самому его происхождению, является размышление о Боге и обращение к Богу. На чем это внутреннее сокровенное поучение своего сердца мы можем основывать? Это может быть какой-то стих из псалма, нам особенно близкий; это могут быть двадцать четыре краткие молитвы по количеству часов дня и ночи, помещенные в вечернем молитвенном правиле, — какие-то из этих молитв. Это может быть молитва мытаря — собственно говоря, она и явилась прообразом молитвы Иисусовой."

Следует ли из этого, что слова молитвы не важны, нужны только для того, чтобы хранить внимание от рассеяния, а целью является состояние обращенности к Богу?

"Обязательно нужно обращать внимание на то, какой плод приносит молитва — меняется ли наша жизнь и в чем именно."

В чем именно изменяется жизнь человека, обращенного к Богу? Это изменение внешних обстоятельств или изменение нрава? Можно ли надеяться, например, что какая-нибудь преобладающая страсть, с которой человек долго боролся, как плод молитвы вдруг уйдет без усилий?
( 3 comments — Leave a comment )

Latest Month

June 2018
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner