igumen_nektariy (igumen_nektariy) wrote,
igumen_nektariy
igumen_nektariy

Categories:

Странная любовь

А вот еще вспомнилось написанное ранее о нелюбви к Церкви, точнее - о любви, но очень странной...

Не раз, просматривая в светской прессе публикации, так или иначе имеющие отношение к теме религии, приходилось задаваться вопросом: за что же автор так не любит Церковь? Этот вопрос возникал и возникает и у огромного множества верующих людей. Ответ на него найти, к слову сказать, не так уж и сложно. У нас на сайте «Православие и современность» даже публиковался как-то материал с таким именно названием: «За что не любят Церковь». Но вот прошло какое-то время, и я вдруг сделал такое, на поверхности, в общем-то, лежащее, «открытие»: далеко не всегда, когда Церковь ругают, это является выражением нелюбви к ней.
Отчего он говорит так горячо?
Когда о чем-то говорят со страстью, причем не важно, хвалят или поносят, то это обязательно свидетельствует об одном: о неравнодушии к предмету обсуждения. Характер же неравнодушия может быть различный. Сказать, что я никогда об этом не думал, было бы неправдой. Нет, может быть, не думал, но подозревал точно.
Бывают случаи «клинические», когда сомнений не возникает никаких – налицо полное отрицание Церкви как таковой. И злоба, которой буквально дышит человек по отношению к ней, имеет совершенно очевидное происхождение: Церковь и молчащая — обличает. Точнее, обличает не Церковь, обличает человека совесть. Но — при мысли о Церкви. И человек старается заглушить голос совести в собственной душе. Затоптать то самое лучшее, что в ней еще остается. И топчет — уничижая Невесту Христову, клевеща на нее, говоря подчас такие вещи, что и усомнишься невольно: а в здравом ли он уме? Наверное, каждый из нас таких примеров видел немало. Приводить какие-либо из них, даже безымянно — как-то противно это сердцу, настолько жалок человек в подобном состоянии.
Бывает, правда, и по-другому. Когда ненависть оказывается не продуктом борьбы с совестью, а просто результатом греховной жизни, ее сухим остатком. Сердце постепенно ожесточается, для него естественным становится это чувство по отношению к святыне и ко всему, что можно было бы так назвать.
Ну и, конечно, бывает и проявление действия нечистого духа — в чистом, так сказать, виде. Это когда человек этим духом одержим — тогда он тоже хулит и поносит Церковь.
А вот приходилось сталкиваться: говорит (пишет) человек о Церкви — горячо, гневно, в чем-то обличает… Но нет при этом чувства, что он ее ненавидит. И только невольно задумываешься: а почему он так горячится?
Откровенный разговор
Не так давно у нас состоялся разговор с одним журналистом — острым, думающим, неравнодушным. Он, на самом деле, и стал поводом к этому запоздалому размышлению. У нас не было прежде каких-то особенно близких, неформальных отношений, не было, соответственно, и бесед по душам. Было просто сотрудничество, возможное при определенном сочетании сходства и различий во взглядах.
И вот, так получилось, что мне пришлось познакомиться со статьей, которую этот журналист написал, обращая в ней к Церкви целый ряд вопросов. Суть не в том, что это за вопросы. Она в другом. Статья получилась очень жесткой, агрессивной, даже «вражеской». Собственно, не вопросы в ней читались, а обвинения. И меня она, безусловно, расстроила. Причем сразу по нескольким причинам. Прежде всего, потому, что я подумал: «Как же это, мы встречаемся, созваниваемся, о чем-то говорим, а он о нас такое пишет!». Затем — оттого, что мне казалось, что человек к Церкви все же тянется, а тут… Да и ведь любой православный, который это прочтет, врагом считать будет! Ну и просто тяжело на сердце стало от прочитанного.
Но только никак до конца в голове все это не укладывалось и, невзирая на те «антицерковные штампы», что были в статье, не верилось, что за ними — именно вражда. Поэтому в конце концов решил поговорить — понять, в чем же причина.
Проговорили долго. И после разговора стало значительно легче на душе. Неожиданно в словах собеседника я услышал совсем не враждебность, а тревогу, живое, искреннее чувство, где-то даже боль. Наверное, я мог бы привести множество резонов, доказывающих, почему статья была ошибкой: «Этот исторический факт не верен. Тут автор говорит о догматах православных, но в действительности их не знает и потому заблуждается. Здесь — очевидное неведение реалий церковной жизни. Там — совершенное непонимание христианства». Возможно, что я резоны эти и приводил. Но не они в данном случае самое главное.
Человек продирается к Церкви через какой-то страшный, дремучий лес. Лес предрассудков, лес «религиозной безграмотности», лес всего того, что еще раньше было написано о Церкви самого невообразимого. Наконец, лес наших — церковных — недостатков. Причем как клириков, так, разумеется, и мирян. Однако при этом для него важно то, что происходит в Церкви, он ее воспринимает как «во многом заблуждающуюся», но свою! И он потому ее в чем-то обличает, что на самом деле любит, потому, что она для него дорога.
Это — то, что для меня благодаря беседе нашей стало очевидно.
Бьют — значит любят!
Но и подумалось сразу: ведь не уникальный это какой-то случай. Есть же и другие наверняка люди, которые ругают именно оттого, что любят. Только, может быть, не понимают этого так хорошо, как мой собеседник, и объяснить так тоже не смогут, потому что через еще более густой лес и уж совсем издалека бредут.
И вот какая параллель возникла… Есть такие мальчишки — кто их не видел? — которые, впервые испытав чувство влюбленности, странным образом дают об этом знать своей «принцессе», совсем как-то не по-рыцарски. Ну, то за косичку дернут, то высмеют при всех, а то и вообще синяк поставят. И чего это они такие чудные?
Разные бывают причины «чудачеств». Кто-то стесняется своих чувств, боится их естественных проявлений. Кто-то не ведает вовсе — а каковы они, эти самые естественные проявления, потому как и не видел их никогда: ни дома, ни на улице, ни в кино даже. А книг — не читал. Кто-то боится быть отвергнутым и даже уверен практически: точно отвергнет! И заранее уже мстит за свой «позор».
Ну а кто-то не понимает того, что переживает. Просто раздирает что-то на части его душу, мучает, выхода ищет. И — находит…
Невозможное — возможно
Но только значит ли это, что любовь в таком случае невозможна, что шпанистый мальчишка так и не превратится в подлинного рыцаря? Или что девочка, напуганная подобными «страстями», его обязательно прогонит? Нет, конечно же, нет — жизнь бесчисленными примерами доказывает обратное.
И если так бывает «вообще» в жизни, то ни тем ли более в Церкви, в поле, если можно так сказать, особенного Божественного присутствия, Божественного действия? Господь, как никто, умеет ждать, умеет прощать, а главное — умеет видеть любовь, даже если ее лицо искажено гримасой раздражения. Ведь смотрит Господь не на лицо, а на сердце. И потому — происходят чудеса. Именно такие, о каких говорит Он в Евангелии, когда гора вдруг оживает и движется к морю. К морю Его — Божественной — любви.
Хорошо бы и нам, «верным», помнить об этом. Чтобы иметь силы кого-то потерпеть, подождать, к кому-то присмотреться. Чтобы иметь силы не оттолкнуть. А если увидим, что человек спотыкается не только «на себе самом», но и на наших собственных недостатках, то иметь и мужество — что-то изменить в себе.
Tags: Церковь, нелюбовь, общество
Subscribe

  • Будет гнаться всю жизнь...

    "Милость Твоя, Господи, поженет мя вся дни живота моего" (Пс. 22, 6) - какие же это утешительные, вселяющие в сердце безусловную надежду на помощь и…

  • Почему я не молюсь так всегда?..

    Когда в комнате темно, мы раздвигаемся шторы, и солнечный свет проникает внутрь, наполняя собой пространство, утешая, радуя, согревая. Мы не видели…

  • О воле Божией

    Как узнать, что угодно Богу от тебя? Прежде всего – стремиться к тому, чтобы жить по воле Божией, стремиться всем сердцем. Но, кроме того, быть…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments