igumen_nektariy (igumen_nektariy) wrote,
igumen_nektariy
igumen_nektariy

Category:

«Церковь — не массовый блогер»

О кризисе уже вовсю говорят и пишут в печатных и интернет-СМИ, в том числе и православных. Священники, журналисты предлагают читателям христианское осмысление происходящих сегодня событий. Но может ли ограничиться Церковь таким осмыслением или в сложившихся условиях ей нужно взять на себя какую-то еще роль?
— Отец Нектарий, в одном из недавних своих интервью Вы говорили о том, что выйти из сегодняшнего кризиса можно, если люди поменяют свои жизненные ориентиры. А Вы видите реальные предпосылки к этому?
— Жизнь общества в целом складывается из того, что происходит в сердце каждого человека, а к каждому в сердце не заглянешь, поэтому на этот вопрос ответить достаточно сложно. Но я как священник, который регулярно исповедует и общается с прихожанами непосредственно в храме, не замечаю в них глубокого осознания того, что происходящее сегодня с нами коренится в несоответствии нашей жизни воле Божией и христианскому призванию. Очень редко встречаются люди, расценивающие события внешней общегосударственной жизни как следствие внутренней неправильности и неправости каждого по отношению к Богу.
— Президент благотворительного фонда «Предание» Владимир Берхин в противовес складывающейся традиции осмысления ситуации пишет: «Кризис – это что угодно, но только не эпоха массового смягчения нравов и возвышения стремлений. Кризис — это разгул низменных страстей, а не просто абстрактные «испытания», которые помогут нам стать лучше». И с этим трудно не согласиться…
— Кризис кризису все-таки рознь. В истории человечества мы видим неисчислимое количество различных кризисных ситуаций, как глобальных, так и более частных, и первым из них был момент грехопадения. Кризисом можно назвать Великий потоп и прочие ситуации, когда народ израильский претерпевал бедствия и скорби, сопряженные с его отступлением от Единого истинного Бога. И нетрудно увидеть, что как раз сначала был вот этот разгул низменных страстей, состояние какого-то распада, а после, как реакция на последовавшие трагедии, — некое оздоровление, связанное с покаянным чувством, которое под влиянием испытаний в сердцах многих людей рождалось. Но на основании этого достаточно сложно говорить о том, что произойдет сейчас. Потому что есть пример и праведного Ноя, который на протяжении долгого времени призывал людей остановить беззаконие, в котором они погрязли, но те не вняли его голосу и погибли. Погрузимся ли мы в нынешний кризис глубоко или беда пройдет стороной, это и будет свидетельством о том, в каком духовном состоянии находится наш народ, наше Отечество.
— А Церковь может как-то повлиять на процесс ценностной переориентации общества?
— Мне кажется, что перед Церковью не должна стоять такая задача. Ведь это не какая-то идеологическая, пропагандистская машина, какой иногда ее пытаются увидеть. Церковь имеет совершенно другую природу, и ожидать, что она изменит что-то в политической, социальной, экономической жизни общества, бессмысленно. Церковь может лишь свидетельствовать, но каждый человек будет делать свой собственный выбор, прислушиваться к ее голосу, впустить в свое сердце евангельские слова или затыкать уши. Некоторым кажется, что Церковь должна давать оценку каждому событию в жизни страны и мира, но при этом когда она высказывается о чем-то, что им не хотелось бы слышать оцененным, они негодуют по этому поводу. Церковь — это не какой-то массовый блогер, у нее совершенно иная жизнь. Господь ее и всё в ней создал лишь для того, чтобы человек на земле мог приготовиться к жизни вечной.
— Однако в условиях кризиса и всеобщей дезориентации, может быть, Церкви всё-таки стоит взять на себя функцию такого рупора, чтобы вытащить общество из той пропасти, в которую оно летит?
— Глава Церкви — Господь, и Он ее учредил как сообщество спасающихся, а не как какую-то регулирующую структуру в обществе и государстве. Здесь всё делается и говорится только ради вечного спасения людей. Не ради их благосостояния или благополучия, не ради того, чтобы одна политическая партия победила другую. Политика — это, к сожалению, всегда определенная игра и борьба, не самая чистоплотная, в которой переплетаются силы и интересы самых различных групп. И порою Церковь, возвышая свой голос в защиту чего-то или против чего-то, совершенно невольно может оказаться встроенной в эту чуждую ей по сути борьбу.
Самая главная наша миссия — уделить достаточно времени и внимания каждому человеку, приходящему в храм, и дай Бог с этим справиться. Говорить же о какой-то иной миссии — это примерно то же самое, что заставить человека, только-только отходящего от какого-то тяжелейшего заболевания, разгружать вагоны с огромными мешками.
— Но многие граждане нашего государства ощущают, что предоставлены сами себе, и на самом деле никому не интересна ни их судьба, ни то, как они живут. Разве не естественно для Церкви Христовой раскрыть свои объятия и показать какой-то путь людям, которые брошены и растеряны?
— Но Церковь как раз и показывает этот путь, только проходит он не через какие-то внешние преобразования, а через сердце каждого. Если же Церковь попытается вести людей за собой в плане государственного или какого-то другого строительства, то она будет выполнять самые несвойственные ей функции, и это погубит множество людей. Церковь должна быть на своем месте. Одна из самых страшных проблем заключается в том, что современный человек не осознает свою личную ответственность за ту жизнь, которую ему дал Господь, он все время ждет, что кто-то за него возьмет эту ответственность — либо государство, либо Церковь, либо еще кто-то. А человек должен отвечать за всё сам. Вот у тебя есть Евангелие дома, ты хотя бы раз его открывал? Не открывал, но ждешь, что Церковь в твоей жизни что-то должна изменить, а иначе она не нужна. Но Церковь — это некое явление Царствия Божия на земле, и вот именно с этой точки зрения ее надо рассматривать.
И тогда какие-то недостатки тех, кто в земном плане ее составляет, не оттолкнут. Безусловно, от нас, священнослужителей и прихожан, зависит многое. Если мы неравнодушны к людям, готовы им помогать в их общественных или частных нуждах, если мы честны, если от нас исходит тепло, то тогда люди будут приходить в Церковь. Если мы злы, корыстны, равнодушны, то будем людей отталкивать. А политическая активность или неактивность здесь вообще ни при чем. Принято считать, что доверие к Церкви падает, а я вспоминаю 90-е годы, когда чего только не писали и не говорили о Церкви. Публиковались какие-то агентурные списки, священнослужителей на каждом шагу дискредитировали, а люди шли в храмы нескончаемым потоком. Поэтому я бы не сказал, что падение авторитета Церкви реально отвращает людей от нее.
Среди приходящих в храм я не встречаю тех, кто идет сюда, потому что видит в Церкви некий гарант социальной или еще какой-то справедливости.
Люди приходят в Церковь, когда у них есть потребность обратиться к Богу, когда их сердца откликаются на призыв Божий. И вот это снимает для них все сомнения относительно авторитета или внешних несовершенств. Сегодня, как и во все времена, самое важное – чтобы не создавались препятствия для того, чтобы люди могли эту свою потребность реализовать.
Беседовала Инна Стромилова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments